Для цитирования:
Захаров, С. B. (2026). Долгосрочная трансформация модели рождаемости в России и демографическая политика в 2006–2024 гг. AlterEconomics, 23(2), 429–447. https://doi.org/10.31063/AlterEconomics/2026.23-2.10
Аннотация:
В статье представлены результаты анализа итоговых и структурных характеристик рождаемости для условных и реальных поколений в России в контексте демографической политики, проводимой после 2006 года. Цель исследования— оценить значимость изменений в российской модели рождаемости, произошедших за последние десятилетия, как в отношении общего уровня рождаемости, так и возрастного профиля матерей и числа рожденных ими детей. Использованы данные Росстата. Применена методология построения специальных таблиц рождаемости, аналогичных таблицам дожития (смертности), с учетом вероятностей рождения у женщины очередного ребенка (вероятностей увеличения семьи) отдельно для календарных лет (для условных поколений) и для когорт женщин по году рождения (для реальных поколений). Автором предлагаются также новые оценки результативности политики по повышению рождаемости за период 2006−2024 годов, основанные на методах стандартизации показателей рождаемости для женских поколений, пребывающих в фазе активного деторождения. Показано, что: (1) рождаемость российских поколений продолжала эволюционировать в русле закономерностей Второго демографического перехода как в отношении уровня, так и в отношении возрастного профиля матерей и их распределения по числу рожденных детей, что сближает параметры российской модели с моделями других развитых стран; (2) уровень рождаемости в России, несмотря на флуктуации показателей для условных поколений в 2007−2024 годы, в том числе обусловленные пронаталистской политикой, не претерпел принципиальных изменений долгосрочного тренда; (3) значительно увеличилась неоднородность распределений женщин по возрасту материнства и по числу рожденных детей; (4) эффект демографической политики выразился в приросте 0,1 рождений в расчете на одну женщину для когорт 1980-х годов рождения, что составляет 6−7 % от общего числа рождений, зарегистрированных в России в 2007−2024 годы. Дальнейшее развитие долговременных тенденций режима воспроизводства и воздействия на него социально-демографической политики логично продолжать с опорой на мониторинг характеристик рождаемости реальных поколений, более свободных от конъюнктурных подвижек в календаре наступления демографических событий.
Захаров Сергей Владимирович — кандидат экономических наук, главный научный сотрудник, Институт демографии им. А. Г. Вишневского, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»; https://orcid.org/0000-0002-1653-4264 (Российская Федерация, 101000, г. Москва, ул. Мясницкая, д. 20; e-mail: szakharov@hse.ru).
Андреев, Е. М. (2016). Конечный эффект мер демографической политики 1980-х в России. Мир России, 25 (2), 68–97.
Андреев, Е. М., Чурилова, Е. В., Родина, О. А., Чертенков, К. О. (2025). Российская рождаемость в XXI веке и перспективы ее повышения. Демографическое обозрение, 12 (2), 87–107. https://doi.org/10.17323/demreview.v12i2.27495
Архангельский, В. Н. (2019). Рождаемость в реальных поколениях российских женщин: тенденции и региональные различия. Экономика. Налоги. Право,12 (2), 59–69. https://doi.org/10.26794/1999-849X-2019-12-2-59-69
Архангельский, В. Н. (2024). Прогноз рождаемости в России до 2040 года: возможные сценарии. Под М. Б. Денисенко (ред.)., Население постсоветских стран: тенденции, прогнозы, межпоколенческие трансферты (с. 127–152). Москва: Прометей, 752.
Архангельский, В. Н., Божевольнов, Ю. В., Голдстоун, Дж., Зверева, Н. В., Зинькина, Ю. В., Коротаев, А. В., Малков, А. С., Рыбальченко, С. И., Рязанцев, С. В., Стек, Ф., Халтурина, Д. А., Шульгин С. Г., Е. Юрьев, Е. Л. (2015). Через 10 лет будет поздно. Демографическая политика Российской Федерации: вызовы и сценарии. Москва: Институт научно-общественной экспертизы; Международная лаборатория политической демографии и макросоциологической динамики РАНХиГС при Президенте Российской Федерации; Рабочая группа «Семейная политика и детство» Экспертного совета при правительстве Российской Федерации, 100.
Архангельский, В. Н., Золотарева, О. А., Кучмаева, О. В. (2024). Возрастная модель рождаемости для календарных лет и реальных поколений: методика построения и аналитические возможности. Вопросы статистики, 31 (6), 49–68. https://doi.org/10.34023/2313-6383-2024-31-6-49-68
Вишневский, А. Г. (ред.) (2014). Население России 2012. Двадцатый ежегодный демографический доклад. Москва: Изд. Дом ВШЭ, 412.
Гришина, О. В. (2008). Репродуктивное поведение родителей и их детей в России. Вестник Московского университета. Серия 6: Экономика, (6), 29–41.
Захаров, С. В. (2006). Демографический анализ эффекта мер семейной политики в России в 1980-х гг. SPERO, (5), 33–69.
Кишенин, П. А. (2023). Региональная дифференциация рождаемости в Российской Федерации: оптика реальных поколений. Демографическое обозрение, 10 (4), 86–120. https://doi.org/10.17323/demreview.v10i4.18810
Кишенин, П. А., Зинина, А. И., Максимова, Т. А. (2024). Темпы снижения рождаемости возрастают по всему миру: ловушка низкой рождаемости всё вероятнее? Демографическое обозрение, 11 (4), 4–43. https://doi.org/10.17323/demreview.v11i4.24288
Козлова, О. В., Архангельский, В. Н. (2021). Прогноз рождаемости в России: подходы, гипотезы, результаты. Вестник РАН, 91 (9), 845–855. https://doi.org/10.31857/S0869587321090061
Колбина, Е. О. (2023). Рождаемость в России: кого и как стимулирует демографическая политика? Мир России, 32 (3), 75–96. https://doi.org/10.17323/1811-038X-2023-32-3-75-96
Останина, Н. А. (ред.) (2024). Актуальные вопросы демографической политики в Российской Федерации. Ч. 2. Москва: Издание Государственной Думы, 112.
Рыбальченко, С. И. (ред.) (2023). Демография 2030. Как обеспечить устойчивый рост населения Российской Федерации. Специальный доклад Общественной палаты Российской Федерации. Москва: ООО «Пачоли Консалтинг», 86.
Слонимчик, Ф., Юрко, А. В. (2016). Оценка влияния политики материнского капитала в России. Демографическое обозрение, 2 (3), 30–68. https://doi.org/10.17323/demreview.v2i3.1774
Тихомирова, Т. М., Тихомиров, Н. П. (2020). Оценка результативности программы материнского капитала в регионах России. Федерализм, (1), 5–26. https://doi.org/10.21686/2073-1051-2020-1-5-26
Andersson, G. (2004). Childbearing Developments in Denmark, Norway, and Sweden from the 1970s to the 1990s: A Comparison. Demographic Research, Special 3, 155–176. https://doi.org/10.4054/demres.2004.s3.7
Balbo, N., Billari, F. C., & Mills, M. (2013). Fertility in Advanced Societies: A Review of Research. European Journal of population, 29 (1), 1–38. https://doi.org/10.1007/s10680-012-9277-y
Bergsvik, J., Fauske, A., & Hart, R. K. (2021). Can Policies Stall the Fertility Fall? A Systematic Review of the (Quasi-) Experimental Literature. Population and Development Review, 47 (4), 913–964. https://doi.org/10.1111/padr.12431
Bernardi, L. (2016). The intergenerational transmission of fertility. In R. A. Scott and
S. M. Kosslyn (Eds.), Emerging Trends in the Social and Behavioral Sciences (pp. 1–16). https://doi.org/10.1002/9781118900772.etrds0413
Biryukova, S. S., & Sinyavskaya, O. V. (2021). More Money — More Births? Estimating Effects of 2007 Family Policy Changes on Probability of Second and Subsequent Births in Russia. Monitoring of Public Opinion: Economic and Social Changes, (2), 48–72. https://doi.org/10.14515/monitoring.2021.2.1830
Bongaarts, J., & Feeney, G. (1998). On the Quantum and Tempo of Fertility. Population and Development Review, 24 (2), 271–291. https://doi.org/10.2307/2807974
Churilova, E. V., Andreev, E. M., Chertenkov, K. O., Kishenin, P. A., Rodina, O. A., & Sokolova, V. V. (2024). Russian fertility Database. Population and Economics, 8 (4), 138–149. https://doi.org/10.3897/popecon.8.e135073
Debiasi, E., Honkaniemi, H., Aradhya, S., Hjern, A., Duvander, A., & Juárez, S. P. (2024). Unintended perinatal health consequences associated with a Swedish family policy. JAMA Pediatrics, 178 (6), 608. https://doi.org/10.1001/jamapediatrics.2024.0378
Frejka, T. (2008). Parity distribution and completed family size in Europe. Incipient decline of the two-child family model. Demographic Research, 19 (2), 47–72. https://doi.org/10.4054/DemRes.2008.19.4
Frejka, T. (2012). The Role of Contemporary Childbearing Postponement and Recuperation in Shaping Period Fertility Trends. Comparative Population Studies, 36 (4). https://doi.org/10.12765/CPoS-2011-20
Frejka, T., & Gietel-Basten, S. (2016). Fertility and Family Policies in Central and Eastern Europe after 1990. Comparative Population Studies, 41 (1), 3–56. https://doi.org/10.12765/CPoS-2016-03
Golbeck, A. L. (1986). A multiple decrement fertility table based on parity. Mathematical Biosciences, 79 (1), 73–86. https://doi.org/10.1016/0025-5564(86)90017-9
Hoem, J. M. (1993). Public policy as the fuel of fertility: Effects of a policy reform on the pace of childbearing in Sweden in the 1980s. Acta Sociologica, 36 (1), 19–31. https://doi.org/10.1177/000169939303600102
Hoem, J. M., Kostova, D., Jasilioniene, A., & Mureşan, C. (2009). Traces of the Second Demographic Transition in Four Selected Countries in Central and Eastern Europe: Union Formation as a Demographic Manifestation. European Journal of Population, 25 (3), 239–255. https://doi.org/10.1007/s10680-009-9177-y
Lesthaeghe, R. (2020). The Second Demographic Transition, 1986–2020: Sub-Replacement Fertility and Rising Cohabitation — a Global Update. Genus, 76 (10). https://doi.org/10.1186/s41118-020-00077-4
Miranda, V. (2020). Recent Trends in Birth Intervals in Sweden: A Decline of the Speed-Premium Effect? European Journal of Population, 36 (3), 499–510. https://doi.org/10.1007/s10680-019-09539-8
Neyer, G., & Andersson, G. (2008). Consequences of Family Policies on Childbearing Behavior: Effects or Artifacts? Population and Development Review, 34 (4), 699–724. https://doi.org/10.1111/j.1728-4457.2008.00246.x
Rallu, J., & Toulemon, L. (1993). Les mesures de la fécondité transversale. Application à la France de 1946 à 1989. Population, 48 (2), 369–403. https://doi.org/10.2307/1533709
Schoen, R. (2004). Timing effects and the interpretation of period fertility. Demography, 41 (4), 801–819. https://doi.org/10.1353/dem.2004.0036
Schoen, R. (2006). Insights from parity status life tables for the 20th century U.S. Social Science Research, 35 (1), 29–39. https://doi.org/10.1016/j.ssresearch.2004.06.002
Sobotka, T. (2003). Tempo-quantum and period-cohort interplay in fertility changes in Europe. Demographic Research, 8, 151–214. https://doi.org/10.4054/demres.2003.8.6
Sobotka, T. (2017). Post-Transitional Fertility: The Role of Childbearing Postponement in Fueling the Shift to Low and Unstable Fertility Levels. Journal of Biosocial Science, 49 (S1), S20–S45. https://doi.org/10.1017/S0021932017000323
Sobotka, T., & Lutz, W. (2011). Misleading Policy Messages Derived from the Period TFR: Should We Stop Using It? Comparative Population Studies, 35 (3). https://doi.org/10.12765/CPoS-2010-15
Validova, A. (2021). Pronatalist Policies and Fertility in Russia: Estimating Tempo and Quantum Effects. Comparative Population Studies, 46, 425–252. https://doi.org/10.12765/CPoS-2021-15
Van De Kaa, D. J. (2004). Is the Second Demographic Transition a Useful Research Concept: Questions and Answers. Vienna Yearbook of Population Research, 1 (2004), 4–10. https://doi.org/10.1553/populationyearbook2004s4
Zakharov, S. V. (2024). Three Decades on Russia’s Path of the Second Demographic Transition: How Patterns of Fertility are Changing Under an Unstable Demographic Policy. Comparative Population Studies, 49, 25–54. https://doi.org/10.12765/CPoS-2024-02
Zeman, K., Beaujouan, E., Brzozowska, Z., & Sobotka, T. (2018). Cohort fertility decline in low fertility countries: Decomposition using parity progression ratios. Demographic Research, 38 (25), 651–690. https://doi.org/10.4054/DemRes.2018.38.25
